Фрагменты вечерней беседы 21 июля 2017 (Домик в деревне) – 3 часть

DSC04822(окончание)

(Зашел разговор об Амгалане, тибетском докторе)

Гена. Ты знаешь, у меня такое ощущение, что люди не понимают того, с чем соприкоснулись. Наверное, тут логика такова. А по большому счету это, знаешь, это логика создания летучих змей. Вот он делает.. … Летучий змей – это, знаешь, как древний символ Китая, Тибета. И он и массаж так делает. Берется как бы за верхнюю часть спины и нагнетает, чтобы ты мог летать. Он и иголки так ставит. Ты понимаешь, что как бы китайцы и тибетцы – это люди другой цивилизации, вообще другой цивилизации. \…\ Он мне нравится. Я увидел вот себя. … Там это позволяет, я б назвал как «стиль брасса». Когда вот тебе позволяет тут (показывает на теле) распуститься – ты как брассом плывешь как будто. Ну, наверное, так и змеи летали – или летают, может быть, или птицы летают, или еще что-то. Вообще, безумно интересно. Безумно полезно. … И у него иголки под это идут, и идут под это банки, массаж идет под это. Вот если вот так вот, когда он поднимает энергию вверх – и ты вот так вот (показывает на теле).. – такое ощущение, как будто ряд мышечной ткани идут вверх, а часть какая-то идет вниз. И вот это – вверх-вниз идешь там, вверх-вниз. Я так понял, думаю «я сейчас поплыл бы», хотя я плавать не умею. Стиль брасс вот прям! Безумно интересен. Не скажу, что он троечник, двоечник – не знаю для чего он там.. – но то, что он делает – он делает с такой большой любовью, с такой отдачей охеренной. У нас нет таких врачей, по большому счету. Да я после него и не пошел бы к нашим русским, которые умеют делать это – вставлять иголки. Такая ж** после этого! … Это психологическое иглоукалывание, что ли – так должно быть. … Мне было интересно – я говорю «Амгалан, а в тибетской медицине есть это..?»..

Инна. Зубы чтобы росли?

Гена. Да, да. Зубы. Ну, по логике, восстановить можно зубы? Он говорит «ты знаешь, – говорит, – это потеряно, а раньше – да». Он говорит «раньше люди.. – раньше это было иглоукалывание». Он говорит «ну, я почитал в манускриптах, что могли выращивать зубы». А сейчас это потеряно. \…\ И он говорит «ну, потеряны эти связи». Т.е. потеряна какая-то технология – вот передача каких-то знаний. Ну он, в принципе, искренно говорит. В том, что он читает, читает манускрипты, или читал, когда он учился – он говорит «да, такое было». На самом деле, по-моему, можно выращивать, вообще-то. Вот я так насколько полагаю. Но я понял, что если ты умеешь говорить и без зубов, то зубы – это такой аппарат, не особо-то обязательный. Главное – чтобы говно вышло из жопы. Тьфу-тьфу. … А что по другому-то можно сказать? … Ну, я каждый раз спрашиваю «а что, во мне заметно, что у меня нет зубов или есть?». Они говорят «нет, Ген, у тебя все зубы».

Вика.  Гена, а может человек не доживает до того времени, когда цикл может восстановительный идти?

Гена. Может быть. Может быть. Но это ведь что-то не облегчает человеку.

Вика.  Это как в 7 лет зубы выпадают – а вдруг они в 120 вырастают?.. И (люди) не доживают до этого.

Гена. Ну да.

Инна. После 80-ти говорят, вроде (могут расти).

Гена. Нет, подожди. Суть не в этом. Суть в том, что у акулы каждый раз обновляются зубы. Каждый раз. И вот такое ощущение, что уметь дожить так, чтобы у тебя образовалась некая такая хитинная основа жесткости. /…/ И получается, что право и возможность иметь иную функцию организма – оно возможно само по себе. Но готовы мы к этому или мы не готовы к этому? … Не тормозит ли наша цивилизация к тому, чтобы не двигаться к этому? – один вариант. Другой вариант – да, тормозит. Второй вариант – не тормозит. Ну тут что рассудит? … Ты знаешь, это такое ощущение, как будто мы, на основе даже, может быть, этого – мы не можем гарантировать, что мы хотим.. – почему мы хотим жить дальше. Ты дай мне аргумент! – почему ты хочешь прожить дольше. … Мне показывали, ну не показывали – вчера смотрел. Женщина – 90 лет – Алексеева, – защита прав человека. Хельсинская группа. Я так вспоминаю «Боже мой, я в те года мог попасть в такую Хельсинскую группу!». Когда мне московские друзья говорили «Гена, давай – вот есть такая баба». Не эта баба, а другая баба. «И ты как бы такой антисоветчик», мягко говоря.. – «и тебе ничего не стоит быть..». А я себя поймал на  такой мысли «блин, это я должен получать бабки..» – ну, я на самом деле.. Мне б платили бабки вот за то, что я так думаю, за то, что защищаю Иванова, Петрова, Сидорова – ну, до хера что там, мягко говоря там. И я понял, что и это же надо бы отрабатывать! Это такая модель, которой несвойственна.. – а где же моя свобода слова высказаться..?

Дима. И против них.

Гена. Да, и против них. … О-о-ой, это такой косяк – на таких сидишь этих.. – прям как на крючке. И когда я увидел людей, которые.. – «Господи, – думаю, – столько книг сейчас – читай и продвигайся как хочешь! – по свободе слова».  А никто не хочет! – читать. Они такие зажиревшие! И ни одна книга вразумительного характера – она не приведет к ихнему собственному взгляду и продвижению какого-то качества. Ой, я тут не буду ничего говорить – зачем? Нет, мне стыдно, стыдно и смрадно и еще чего-то. … Хотя в то время, помню, в 70-х годах столько как бы я ни шлялся по московским таким этим дипозитариям (посмеивается), где можно было взять эту литературу. Да, на самом деле можно было лет на 5, на 6 можно было сесть. Да я что не думал об этом? … Когда у меня другана посадили – а на первых двух рядах сидят сотрудники КГБ, бляха – снимают это.. – я думаю «ну, сейчас п**ц, Гена – приедешь в Поляны, тебя непременно, батенька, посадят». Ни хера, – обошлось. … Вот такая была Хельсинская группа, где раз-раз – и против нас. … Как повезло, блин – как повезло. Не знаю, даже сказать как повезло и как не повезло, – не знаю как назвать его. … Т.е. если что-то хотят.. – так я назову: Бог хочет закрыть – Он закрывает на что-то глаза. Не Он закрывает глаза – Он закрывает глаза тех, кто..

Дима. Или закрывает дорогу, да?

Гена. Да, да. … Удивительно. Удивительно. Удивительно. … Я никогда не стремился к этой фигне, бляха! Я такой колхозник, – полудеревенский чувак. И в итоге это все выдвинулось в такого не в деревенского чувака, – не в пользу деревенского чувака. … Удивительно было. … Дай Бог здоровья! (пьем)… Наверное, легче было быть в направлении, по-моему, Кришны. … Т.е. я все время удивлялся «мужики, а хрен ли вы радуетесь-то?». Ну, кришнаиты – они таки, знаешь..

Дима. Все время радостные?

Гена. Да. Типа того. Ну там, на самом деле, что-то прибавляется, по логике. … Они говорили «о, Гена, ты кришнаит. Поехали в Москву – там храм создается Кришны. Поехали в Индию и ты будешь Пхагаван Шри – ну, короче там, они же, индусы дают. \…\  Я как почувствовал – блин, я куда должен ехать – должен покидать.. – оставить жену, детей – ради того, чтоб приехать таким, блин, просветленным. Ну, «просветленный» – слово хорошее, конечно. Я приеду просветленным – а что делать с детьми, что делать с женой? Как их кормить? … А что? – кришнаитам только это и надо. … Ну, по тем временам там. Я б сидел бы сейчас в Москве в храме Кришны – на мне какая-нибудь куча цветов и мне приносили кучи-кучи подарков.

Гузель. Вы и сейчас в оранжевой накидке (на Гене оранжевый плед).

Гена. Я? Ну все – нормально. \…\

Гузель. Вы б со скуки, наверное, умерли. Ни с кем не провести занятие.

Гена. Слушай, я б не проводил бы ничего. Просто люди приходили бы – я б руку положил вот так вот «ом мани падме хум, ом мани падме хум, хари Кришна, хари Кришна, Кришна-Кришна, хари-хари, хари Рама, хари Рама».

Гузель. 10 раз еще можно – а на сотый, на двухсотый? С ума сойдете.

Гена. А на сотый я был бы Рамакришна каким-нибудь, чего париться, Гузелька? Ты даже не переживай – ты вообще близко не подошла бы. Я бы тебя еще 600 лет – я сказал «Гузель, я тебя 600 лет не хочу видеть!». … (Гузель ворчит) Гузель, я так и жил бы по логике своей! Я не был бы в обиде на то, что так происходит! – я так вижу! …

Гузель. Ну вот я не могу закончить фразой «у каждого свое видение». Это надо бороться за свои права, я считаю!

Гена. Ой, киска моя.. \…\ Мне нравится фраза «ну борись». Ну хочешь – борись. Я ведь не говорю, что не борись. Ну борись. Ну и что? … С кем ты борешься-то?

Гузель. За справедливость я борюсь.

Гена. Ой, нет. С ке-е-м?

Гузель. Со всеми. За справедливость. Чтоб восторжествовало оно.

Гена. Кто «оно»? А кто «она»?

Гузель. Справедливость.

Гена. И оно восторжествует для тебя или против всех?

Гузель. Ну раз для меня – значит, против всех.

Гена. Во. А если против всех, что – ты обладаешь такой силой, которая бы позволила бы тебя..

Гузель. Нет, но меня тешит вот то, что возможен свет в конце тоннеля.

Гена. Во! Вот! «Тешит»! Тешит оно тебя, Гузель. И я как кришнаит, сказал бы – «тебя тешит твое мелкое самолюбие».

Гузель. Нет, то, что нельзя так туда-сюда раздавать наказания.

Гена. Вот. И ты завидуешь этому. Ты завидуешь форме иного могущества, которое может.. – это я сейчас прям как кришнаит рассказываю. Ничего? Ты завидуешь тому, кто обладает..

Гузель. Да, завидую. И что, я не имею права бороться? Имею.

Гена. Нет, стоп. Я могу сказать «а ты избавься от зависти – и тебе будет легче».

Гузель. А вы избавьте меня от зависти – и вам будет легче!

Гена. Мне все равно! Еще 600 лет проживешь и потихоньку избавишься – на 550-м рождении. …

Гузель. Нет, вот надо бороться хотя бы за то, чтобы избавиться.. – пока, вот на сегодняшний день хотя бы на сотом. А потом – посмотрим.

Гена. Ну и живи, милая, в своих радостях и заботах, и переживаниях. … И спроси бы.. – голубушка, а что ты ко мне пришла-то? Ты ко мне пришла бороться..?

Гузель. Бороться за первое, за второе, за третье и так далее! И как бы меня это не останавливает. \…\

Гена. Гузель, ты понимаешь, ты поддаешься.. – пока ты необдуманно решаешь свои вопросы – ты поддаешься моделированию, само по себе.  Это не зависит как бы.. – это может быть, ты можешь сказать, что «я не зависима от такого-то взгляда, я не зависимая от  чего-то там». Да Господи, какого хрена ты не зависимая-то? … До тебя просто нормально технически никогда не докапывались и не докопаются, само по себе. Потому что ты не представляешь.. – т.е. ведь идет о том, что как только ты доходишь до определенного предела – ты начинаешь представлять немножко иные интересы внутри себя. По силам это тебе – представлять иные интересы в самой себя для кого-то? – это один вариант. Не в силах это представлять – ну, сиди, на фиг, не вякай. … Вот в чем, может быть, интерес.. – вот чем мне нравится, может быть, Амгалан – он говорит «извините, я ведь из вас не хочу выстроить человека – я из вас хочу выстроить что-то большее, чем человек». … Это я уж так называю – перевожу. А кто-то не умеет переводить – он так и нормально ходит, и говорит «блин, что меня Гена заставил к Амгалану ходить? – что в нем прок? – он каждый раз делает один и тот же типичный массаж».

Дима. «10 лет хожу», да?

Гена. Да-да-да-да. Типа того. Ну, у тебя есть право за 2 года это увидеть, за 3 года, за год увидеть, если что-то рассказ идет. … Это совершенно разные.. – т.е. Амгалан-то – это форма выражения некого качества, само по себе. Проявленная в форме там иголок, в форме массажа и форма там банок – ну, так мягко говоря. Он типичен. Но не дурак. Сама по себе ни тибетская медицина, ни китайский массаж, ни китайское игло(укалывание) – это не дурачество. Вот о чем идет речь. \…\

.

(Гена спросил сколько времени – ему ответили)

Гена. Ты знаешь, такое ощущение, как будто, не знаю, или вымерло, или замерло, или еще что-то. Ну, время замерло, что ли. Вот такое, знаешь, вот такое время, которое вот замерло. Да, можно проскочить там через 2 часа, 3 часа. Время в такие моменты – оно проскальзывает очень быстро: или в ту, или в иную сторону.

.

Гена. Ты хочешь, Гузель, обязательного кого-то подчинить или.. – ты не хочешь подчиняться кому-то. Ты хочешь подчинить.. – кого-то для себя. … Тогда возникает вопрос – а зачем? Почему ты хочешь подчинить себе? … Это третий вариант – зачем ты кого-то хочешь подчинить? \…\ Знаешь, Гузель, когда тебя видишь больше, чем ты видишь кого-то – ты безопасна. Но как только кто-то видит тебя меньше, чем видишь ты – ты опасна. … А так ты нормальное безопасное существо. Ведь наличие человеческого лица не говорит о том, что ты опасна или безопасна – оно говорит просто о наличии человеческого лица. … Я ведь тоже не показываю, может быть, категории истинного своего лица – потому что, а на хрен надо? Вы же не говорите «Гена, ты покажи свое истинное лицо». … И потому, когда твоя (Гузели) форма мышления – она наглядно видна, – ты безопасна. … Это возникает элемент читабельности. … Если б тебя кто-то не прочитал – то ты усложняешься в этом случае. … Я понял, что столько секретов выдал… …

.

(Окончание вечера. Гена говорит, некоторые дремлют)

Гена. Нет, народ спит. Ты понимаешь, ведь людей иногда не стоит будить – потому что они заснули чуть-чуть под другую музыку. … Чуть-чуть заснули под другое качество. … И в этом случае есть такие вещи, которые я не хочу нарушать. … Ну, вот я проверяю там тело Вики, тело Люды и тело Инны.. \…\

Ты знаешь, интересно – т.е. в другом пространстве иногда, может быть, для человека быть не то место, не то неудобство, не тот комфорт. … Это нормально. Я, наверно, может быть, чуть-чуть по-другому странствую, где.. – наверное, да. Наверное, я, так сказать, я странствую и где-то я что-то, исходя из этого, вижу – и я не хочу в этих странствиях что-то нарушать. \…\

И вот я его не буду нарушать, потому что закон странствий – его никто не отменял, во-первых. Но и в то же время он особо не приглашает в свои собственные странствия – это его собственные странствия. … Вот есть, может быть, странствия, назовем так – совместное странствие в водке. Ничего? Не знаю, наверное, в книгах об этом нет. Странствие в вине – которое позволяет странствовать другому человеку. Позволяет. Но позволяя, не факт, что он будет попадать в то странствие – в котором он сам странствует. … Это разные вещи. … Наверное, может быть, в этот раз удалось как-то что-то или каким-то образом поговорить о понятиях, которые мягко говоря, можно назвать магическими. Они, конечно, не магические – это суть природы, которая позволяет смотреть на мир чуть не так. … Посмотри на этот мир чуть не так – и ты увидишь его в 3D, 4D, 5D, 6D, – ну столько D, сколько тебе надо. Ну, главное – чтобы не сойти с ума. Вот что идет. … Важно, чтобы при этом оставить людей сохранными. Ну, сохранившимися там. Чтоб они живые. … Вот что интересно. И поэтому, сказать, что мы напились или пьяны, или еще что-то – ну, это такая херня, которая не имеет никакого значения, – там нельзя быть ни трезвым, ни нельзя быть ни пьяным. Там понятие такое еще может быть – транквилизатор не имеет никакого значения. … Мы сами в себе их накапливаем. Т.е. каждый имеет право накопить в себе свой собственный транквилизатор или свой собственный героин, или собственный кокаин – который где бы ты не находился, он не имеет такого фокуса действия или фокуса воздействия.  Вот о чем идет. … Я не знаю, на такой благородной ноте или не благородной ноте можно заканчивать.

 

 

 

 

Ваш комментарий

Вы можете оставить свой комментарий